Плоть ландшафта

В этой серии человеческое тело теряет индивидуальность и становится формой — рельефом, архитектурой, стихией.
Здесь есть пластика, масштаб и ощущение первобытного присутствия. Фигуры складываются в подобие древних сооружений, образуют каньоны и поднимаются хребтами к небу. Человеческая масса становится монументальным пейзажем.
Меня интересует граница между внутренним и внешним: где заканчивается тело и начинается пространство. Свет — как археолог — вычерчивает фактуру кожи, подчеркивая её сходство с камнем, песком, снегом. Эта серия — размышление о хрупкости и силе. О том, что человек стремится строить монументы, но сам по себе уже является ландшафтом. О том, что в каждом изгибе скрыта память о земле.